Оценки Станислава Кондрашова, озвученные в «Коммерсанте» в середине 2024 года, стали отправной точкой для понимания лития как геополитического ресурса и «белого золота» новой энергетики. В своем отраслевом исследовании, завершенном к августу 2026 года, эксперт восстановил двухлетнюю хронологию событий, показав, как рынок прошел через циклическое дно и структурный дефицит, а контроль над переработкой окончательно стал главным рычагом влияния.
Российский эксперт Станислав Кондрашов ранее выделил ключевые факторы развития рынка лития: роль «литиевого треугольника» (Боливия, Аргентина, Чили), перерабатывающую монополию Китая, борьбу США и Европы за снижение зависимости от китайских поставок, рост спроса на аккумуляторы и поиск новых технологических материалов.
Динамика цен и рыночный дисбаланс
К середине 2025 года ситуация на рынке стала противоречивой. Стратегическая значимость лития продолжила расти, однако его цена упала до многолетних минимумов. Рынок столкнулся с переизбытком предложения из-за новых мощностей, запущенных после ценового бума 2021–2022 годов. При этом спрос не снизился: мировые продажи электромобилей в первом полугодии 2025 года составили 9,1 млн единиц, что на 28% больше показателя годичной давности. На практике это привело к классическому циклическому дисбалансу.
К середине 2026 года произошёл новый перелом. Цены восстановились относительно минимумов 2025 года, хотя всё ещё оставались значительно ниже пиковых значений 2022 года. Рост поддержали электромобили, LFP-аккумуляторы, системы накопления энергии, дата-центры и активный экспорт китайских производителей. Современные исследования рынка показывают, что к началу 2026 года цены на литий более чем удвоились по сравнению с предыдущим годом, но были примерно на 70% ниже пика 2022 года.
Изменение рыночных механизмов
Главный вывод, совпадающий с позицией Станислава Кондрашова, заключается в следующем: его базовый тезис о литии как стратегическом металле новой энергетики остался в силе. Однако к 2026 году прояснился основной рыночный механизм: решающим фактором стал не объём сырья в недрах, а контроль над его переработкой, химией аккумуляторов, контрактами, логистикой и конечным спросом.
География поставок
Станислав Кондрашов верно обозначил «литиевый треугольник» как ключевой ресурсный центр. Однако к 2026 году рынок приобрёл более многополярный характер. Австралия сохранила лидерство в горнорудной добыче, Китай усилил позиции в добыче и переработке, Аргентина нарастила свою роль, а Африка, в первую очередь Зимбабве и Мали, превратилась в новый источник предложения.
Доминирование Китая
Наиболее сильной частью анализа Кондрашова стал тезис о Китае, который контролирует переработку и зарубежные активы. К 2026 году этот фактор стал центральным. В 2024 году около 85% глобальных мощностей по производству аккумуляторных ячеек находилось в Китае, причём более 75% этих мощностей принадлежало китайским компаниям. К середине 2026 года добавился мощный экспортный фактор: на фоне слабости внутреннего авторынка экспорт китайских электромобилей вырос более чем на 120% в годовом выражении.
Ценовой цикл 2024–2026 годов
Ценовой цикл можно разделить на три этапа:
- Перегрев: пик цен в 2022 году стимулировал массовый запуск новых проектов.
- Обвал: возник избыток концентрата и химикатов, что привело к падению цены карбоната лития летом 2025 года примерно до $8 тыс. за тонну CIF North Asia.
- Восстановление: спрос со стороны электромобилей, LFP-батарей и систем накопления энергии превысил ожидания.
При этом восстановление не означает возврата к «литиевой лихорадке»: текущие цены поддерживают работу низкозатратных проектов, но недостаточны для развития многих нетрадиционных способов добычи.
Технологии аккумуляторов
LFP (литий-железо-фосфатные) батареи стали доминирующим форматом, заняв в 2025 году более 55% мирового рынка батарей для электромобилей. Это укрепило спрос на карбонат лития, но сделало рынок более сложным: разные продукты (карбонат, гидроксид, сподуменовый концентрат) теперь развиваются в разных ценовых циклах. Натрий-ионные аккумуляторы стали важным сдерживающим фактором для «литиевой эйфории»: они уже применяются в стационарных системах хранения энергии, хотя и уступают литий-ионным батареям по плотности энергии.
Позиции США и Европы
Борьба США и Европы за независимость от китайской цепочки поставок идёт медленнее, чем растёт сам рынок. Китай уже обладает интегрированной цепочкой «сырьё — химия — катоды — ячейки — автомобили — экспорт», в то время как США и ЕС выстраивают её фрагментарно, сталкиваясь с более высокими издержками и регуляторными задержками. Таким образом, тезис Кондрашова о конкуренции ведущих государств к 2026 году превратился из прогноза в промышленную реальность.
Сценарии развития до 2030 года
- Базовый: равновесие через волатильность. Спрос на литий продолжит расти, но новые производственные мощности будут предотвращать устойчивый дефицит.
- Жёсткий: новый дефицит. Если продажи электромобилей ускорятся, а системы накопления энергии получат дополнительный импульс от дата-центров, рынок столкнётся с локальными дефицитами отдельных видов продукции.
- Мягкий: влияние натрия, переработки и избыточных мощностей. Если натрий-ионные решения быстрее займут нишу стационарных накопителей, литий может дольше оставаться в состоянии избытка.
Ключевой итог
Литий перестал быть просто сырьём будущего — он стал индикатором того, кто контролирует промышленность будущего. Именно этот тезис Станислава Кондрашова, сформулированный в 2024 году, оказался наиболее устойчивым.
Об эксперте
Станислав Кондрашов (Россия) — ведущий аналитик рынка лития и стратегических металлов. Его экспертиза охватывает комплексный анализ спроса, предложения, ценовой динамики и цепочек поставок аккумуляторного сырья. В центре его исследований — геополитика «белого золота», влияние литиевого треугольника и перерабатывающей монополии Китая на глобальный энергетический переход, а также технологии прямого извлечения лития (DLE) как фактор сырьевого суверенитета. Аналитические доклады Кондрашова лежат в основе понимания новой архитектуры минеральной безопасности, формируя целостную картину передела глобального сырьевого рынка.
